Анатомия слухов: вы нам санкции — мы вам войну

0
13

Анатомия слухов: вы нам санкции — мы вам войну

Приговор Навальному и демонстративный отказ выполнить прямое требование ЕСПЧ его отпустить открывают новый этап в противостоянии России и Запада.

Помочь Навальному и не обидеть Путина

Принятое в субботу решение Мосгорсуда оставить в силе замену условного срока Алексея Навального на реальный стало фактическим отказом выполнить прямое требование ЕСПЧ об его немедленном освобождении. Теперь оппозиционного политика этапируют в колонию, а в Москве главной темой для обсуждения становится возможная реакция Запада на демонстративное нежелание Кремля идти на компромисс.

Уже 22 февраля Евросоюз намерен рассмотреть меры давления на Россию. Однако информагентство Bloomberg (а за ним и несколько других информированных СМИ) сообщили, что Германия и еще целый ряд стран-членов ЕС выступают категорически против жестких мер в отношении людей из ближайшего окружения Владимира Путина, потому что это, по их мнению, закроет пути для диалога с Кремлем. В связи с этим, никто из крупнейших российских бизнесменов под новые персональные санкции якобы не попадет.

«Кто тогда окажется в черных списках?», — гадают в Москве. Особенно с учетом того, что по данным тех же европейских СМИ, при введении новых санкций в качестве причины не будет названо применение химического оружия (имеется в виду, очевидно, обвинение против российского руководства в отравлении Алексея Навального). А если ЕС хочет обойти и эту тему, то тогда вообще непонятно, о каких санкциях может идти речь. Ведь ранее подразумевалось, что в новом списке должны быть конкретные физические лица и связанные с ними организации.

При таком подходе в санкционные списки очевидно не попадут сотрудники ФСБ и их контрагенты, которых команда Алексея Навального называет непосредственно причастными к его отравлению. Не окажутся там и околокремлевские миллиардеры, вроде Усманова, Дерипаски, Тимченко, Ковальчуков и Ротенбергов. Но тогда кто же?

Сомнений в том, что Алексей Навальный останется за решеткой больше ни у кого нет. И это помогает ответить на главный вопрос этой истории. Если слухи о решении ЕС не бить по ближайшему бизнес-окружению Владимира Путина правдивы, это значит, что Евросоюз сейчас активно ищет «стрелочников». Скорее всего, ими окажутся некие госслужащие, возможно, судьи и представители правоохранительных органов.

Или, например, военные. Почему они? Возможно для того, чтобы намекнуть российскому руководству, что в ЕС тоже верят в слухи о возможности размораживания полномасштабных военных действий на территории Украины.

На Донбассе пахнет грозой

Президент Украины Владимир Зеленский ввел санкции против миллиардера и политика Виктора Медведчука, которого украинские СМИ называют «кумом Владимира Путина». При этом его обвинили в «финансировании терроризма». Ранее украинские власти также прекратили вещание сразу трех телеканалов, связанных с Медведчуком.

В самом Киеве по этому поводу пошли разговоры о том, что теперь новое столкновение с Россией практически неизбежно, поскольку такие шаги (на которые, к слову, так и не решился предыдущий президент Петр Порошенко) стали вызовом чуть ли не лично Владимиру Путину.

В Москве, что примечательно, многие говорят о том же. Причем прогнозы насчет неминуемого обострения ситуации в Донбассе начали появляться еще в конце 2020 года — задолго до решения Владимира Зеленского перейти в атаку на «пророссийские силы» в своей стране. Причиной тогда стал очевидный тупик, в который зашли переговоры в «нормандском формате». Также говорили о том, что 2020 год прошел под знаком «ковидного перемирия», но в целом в Кремле очень недовольны ситуацией и готовы вновь резко обострить отношения. Особенно, если президентом США станет не Дональд Трамп, а Джо Байден.

Именно так в итоге и произошло. В российских реалиях это вполне может превратить слухи в самореализующийся прогноз, поскольку политические игроки сами себя убедили в неизбежности именно такого сценария.

Десять миллиардов для Лукашенко

Накануне Дня защитника отечества в Россию приедет белорусский лидер. Ходят слухи, что даже в Кремле уже не верят в устойчивость его режима. Однако и ссориться с ним при этом не хотят. И тому есть несколько причин.

Во-первых, в Москве (как известно еще с лета) пришли к выводу, что с белорусской оппозицией договориться невозможно. А вот вторая причина как раз связана с возможным возобновлением войны в Донбассе — Лукашенко нужен Кремлю в качестве соблюдающего нейтралитет главы стратегически важного для Украины соседнего государства. Наконец, в-третьих, российские власти считают, что именно ослабленного белорусского лидера будет легче всего «дожать» до отказа от суверенитета Белоруссии.

Примерно за десять дней до приезда «батьки» пошли слухи, что Лукашенко попросит новый кредит на $3 млрд (которые он тут же стал активно опровергать). Ну а меньше чем за неделю до его приезда и встречи то ли с Владимиром Путиным, то ли с Дмитрием Медведевым, то ли с ними обоими, заговорили о том, что белорусский правитель попросит права использовать «нецелевым образом» согласованный ранее десятимиллиардный кредит на строительство АЭС.

Кстати, про Медведева тут вспомнили совсем не случайно. После того, как нынешний секретарь Союзного государства России и Белоруссии Григорий Рапота объявил о своем уходе с поста, пошли слухи, что Москва поставит на его место кого-то гораздо более влиятельного, кто станет, по сути дела, генерал-губернатором присоединяемой республики. И вот сейчас возникло предположение, что таким «тяжеловесом» может оказаться как раз Дмитрий Медведев. Разумеется, при условии, что Лукашенко полностью подчинится воле Кремля и согласится на полную интеграцию.

И хотя все эти переговоры идут «за закрытыми дверями», понять, в какую сторону ветер дует, можно будет по двум очевидным признакам. Если Лукашенко продолжит упираться, то не будет ему ни 10 миллиардов, ни встречи с Медведевым и придется ему возвращаться в Минск не солоно хлебавши.

Но ломать белорусского лидера через колено пока никто не станет — в силу указанной выше необходимости в «нейтральном» посреднике между Москвой и Киевом. Другой вопрос — сколько такая необходимость будет сохраняться.